Решение о полномасштабном вторжении в Украину Владимир Путин принял ещё до прихода к власти администрации Джо Байдена — примерно в 2020 году. Такую версию выдвинул Александр Бик, бывший сотрудник Совета национальной безопасности США, который в Белом доме возглавлял группу подготовки к возможной войне.

Как передаёт «Хвиля», своими оценками экс-чиновник поделился в интервью программе «Origins of the War» на YouTube-канале Kennan Institute.

Бик — историк по образованию, профессор Школы Беттена при Университете Вирджинии. При администрации Байдена он работал в Совете нацбезопасности, где возглавлял межведомственную команду под названием «Tiger Team» — именно она осенью 2021 года начала готовить сценарии американского ответа на российское вторжение.

К идее применить против Украины обычные вооружённые силы Путин, по версии Бика, пришёл где-то в 2020 году. К тому моменту российский лидер уже опробовал практически все ступени эскалационной лестницы — отравления украинских политиков, вмешательство в выборы, аннексия Крыма, прокси-война на Донбассе. Оставался только прямой военный удар.

Подталкивало Путина к этому решению ощущение закрывающегося окна возможностей. Влияние Москвы на украинскую внутреннюю политику сужалось. Росла военная помощь США Киеву, активизировались тренировочные миссии НАТО, а на горизонте маячило возвращение в Белый дом традиционного американского президента после Дональда Трампа. «Существовала вероятность, что при правлении Путина Украина будет потеряна для российской орбиты», — объяснил экс-советник.

В таком свете весеннее российское наращивание войск у украинских границ в апреле 2021 года выглядит не как инструмент дипломатического давления, а как разведка боем — проверка реакции Вашингтона и европейских столиц. Бик обращает внимание на одну деталь: весной россияне демонстративно показывали свои войска, а осенью, когда началось основное наращивание перед вторжением, наоборот — пытались его скрыть.

Июньский саммит Байдена и Путина в Женеве экс-советник теперь читает иначе. То, что вопрос Украины практически не обсуждался, он объясняет просто: Путин уже получил нужную информацию о реакции Запада и не имел нужды давить на эту тему. Ему оставалось выиграть время и отвлечь Вашингтон на другие направления — климатическую повестку, пандемию, конкуренцию с Китаем.

Скандальную статью Путина «Об историческом единстве русских и украинцев», опубликованную летом 2021 года, принято читать как проявление исторической одержимости изолированного ковидной пандемией автократа. Бик предлагает иное прочтение — откровенно кагэбэшное. По его мнению, эссе было не приступом маниакального увлечения историей, а классической подготовкой общественного мнения перед военной операцией. «Это публичная версия разведывательной операции», — подчеркнул Бик. Российские спецслужбы как раз в этот период активно заходили в Украину, искали агентов влияния, оценивали возможное сопротивление.

Декабрьские требования Москвы к США и НАТО — проекты двух договоров о «гарантиях безопасности» — Бик называет потёмкинской дипломатией. Это не было попыткой договориться. Это была имитация переговоров, понадобившаяся Кремлю после того, как американская разведка раскрыла российские военные планы. «Путин оказался в ситуации, когда должен был начинать агрессивную войну без какого-либо дипломатического обоснования», — пояснил экс-сотрудник СНБ.

Осенью 2021 года Бик возглавил в Белом доме небольшую межведомственную группу с задачей готовить американский план действий на тот случай, если Путин всё же нападёт. Пока остальной Белый дом пытался сдержать Москву, эта команда думала о другом: что делать, если сдержать не удастся. К середине января 2022 года уже были готовы планы по санкциям, военной помощи, размещению войск НАТО на восточном фланге, гуманитарному реагированию. Кабинет министров проходил штабные учения с проигрыванием сценариев вторжения.

Любопытный момент Бик раскрыл о внутренних дискуссиях в администрации. Разведывательное сообщество США довольно рано пришло к консенсусу, что Путин готовит большое вторжение. Однако в политическом блоке существовало сопротивление этой оценке. Это просто не имело смысла — чтобы Путин пошёл на такой риск. Урок афганского вывода 2021 года, по словам Бика, состоял в том, что даже консенсусные разведывательные оценки нужно проверять здравым смыслом — но одновременно готовиться к худшему сценарию.

Главный урок, который Бик вынес из опыта 2021-2022 годов, касается методологии анализа. «Лидеров надо слушать, когда они говорят, что собираются делать», — подчеркнул он. Путин годами публично озвучивал свои намерения относительно Украины. Российские чиновники тоже. Однако западные аналитики традиционно отдавали предпочтение историческим прецедентам и оценкам возможностей перед прямыми заявлениями о намерениях. Теперь, по мнению экс-советника, этот подход нужно пересмотреть — особенно в отношении Си Цзиньпина, который так же откровенно артикулирует свою стратегическую ориентацию.