Украина усиливает дальнобойные удары по России, и Кремль лихорадочно ищет, чем ответить. Дроны достают все глубже — бьют по заводам, выпускающим оружие, и по нефтепереработке, поэтому топливо исчезает по всей стране.

Как передает «Хвиля», об этом пишет The Washington Post.

Только за эту неделю украинские дроны ударили по нефтяным объектам, заводу полупроводников ВЗПП-С в Воронеже, который поставляет компоненты для российских баллистических ракет, по центру спутниковой связи в Дубне под Москвой и по химзаводу в Туле, работающему на выпуск боеприпасов.

В оккупированном Крыму удары вызвали веерные отключения света, продажу топлива остановили, а назначенные Москвой власти в пятницу объявили чрезвычайное положение. Правительство Путина на этой неделе провело экстренное совещание из-за топливного кризиса: за неделю с 15 по 21 июня производство бензина упало на 25%, и десятки регионов ввели нормирование.

Российский фондовый рынок с начала июня просел более чем на 13% — это сильнейшее падение с сентября 2022 года, когда украинское контрнаступление вынудило армию РФ отступить на северо-востоке Украины. «Царит полная неопределенность. Есть ощущение, что хорошего выхода из этого не видно», — сказал бывший высокопоставленный чиновник российского Минфина.

Напряжения добавляет и внешняя политика. Трамп намекнул, что может еще усилить санкции против Москвы, похвалил президента Украины Владимира Зеленского и вместе с европейскими лидерами подписал на саммите G7 во Франции декларацию о поддержке территориальной целостности Украины. Еще одна плохая новость для Кремля — цена на российскую нефть упала до 50 долларов за баррель, уровня, который держался еще до войны США и Израиля против Ирана.

«Все зависит от того, насколько мы сможем ограничить украинские удары по территории России и как быстро создадим противовоздушную оборону против дронов», — отметил российский академик, близкий к дипломатам. По его словам, люди больше не чувствуют себя в безопасности: «Война стучится в наши двери».

Вопросы все жестче встают и к самим военным, которые прозевали резкий рост возможностей украинских дронов и не успели подготовить защиту. Татьяна Становая из Центра Карнеги объясняет это хронической несогласованностью системы. «Это вечная проблема российской власти», — говорит она, добавляя, что ситуация стала серьезным испытанием для экономики и населения.

Публично чиновники преуменьшают последствия. Вице-премьер Александр Новак заверил Путина, что на топливном рынке «непросто, но управляемо». Министр финансов Антон Силуанов отверг резкий скачок цен на бензин: мол, если они и выросли, то «незначительно». Сам Путин заявил, что «весь Запад» поставляет Украине дроны, но эти «теракты» якобы не повлияют на фронт.

За кулисами картина иная. В письме Путину, попавшем в «Коммерсант», глава «Роснефти» Игорь Сечин назвал масштаб повреждений НПЗ беспрецедентным. Правительство рассматривает полный запрет экспорта дизтоплива — фактическое признание, что нарастить производство негде.

Финансовая дыра только усиливает тревогу. Дефицит бюджета к концу мая достиг 6 трлн рублей (83 млрд долларов) — более чем вдвое больше, чем годом ранее, хотя на весь 2026 год закладывали 3,8 трлн. «Бюджет шатается. Дефицит огромный, а фонд национального благосостояния почти исчерпан», — сказал один из российских чиновников.

В бизнесе все больше боятся, что государство потянется к сбережениям граждан. Лидер коммунистов Геннадий Зюганов прямо призвал в парламенте «мобилизовать» около 130 трлн рублей, лежащих на счетах компаний и людей. «Будь я президентом, сделал бы это одним указом», — заявил он. Минфин тем временем готовит закон, который позволит добраться до примерно 40 млрд долларов пенсионных накоплений в частных фондах.

Несмотря на давление, аналитики и чиновники не ждут, что Путин отступит. Скорее он попытается наращивать собственные бомбардировки в ответ — и именно это пугает российскую элиту больше всего. «Похоже, впереди новый виток эскалации», — подытожил российский академик.